• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Джон Дон Ли о том, как промышленная и отраслевая политика Южной Кореи эволюционировала в технологическую

Южная Корея за полвека превратилась из сельскохозяйственной страны в одну из наиболее инновационных в мире, занимая 14-ю позицию в «Глобальном инновационном индексе» по состоянию на 2015 год. Доклад о становлении южнокорейской инновационной системы представил на Форсайт-конференции НИУ ВШЭ профессор Джон Дон Ли из Сеульского национального университета. Его основными тезисами он также поделился в лекции для студентов второго курса магистерской программы «Управление в сфере науки, технологий и инноваций» ИСИЭЗ НИУ ВШЭ.

Южная Корея за полвека превратилась из сельскохозяйственной страны в одну из наиболее инновационных в мире, занимая 14-ю позицию в «Глобальном инновационном индексе» по состоянию на 2015 год. Доклад о становлении южнокорейской инновационной системы представил на Форсайт-конференции НИУ ВШЭ профессор Джон Дон Ли из Сеульского национального университета. Его основными тезисами он также поделился в лекции для студентов второго курса магистерской программы «Управление в сфере науки, технологий и инноваций» ИСИЭЗ НИУ ВШЭ.

Джон Дон Ли, Тед Фуллер

Четыре стадии роста

Изучению инструментов научно-технической и инновационной политики Южной Кореи профессор Ли посвятил большое исследование “Time for Accumulation. Suggestions for the Future of Korea”, изданное в сентябре 2015 года. В нем ученый выделяет четыре стадии экономического развития страны, характеризует уникальные цели и фокус каждой из них, преимущественные сферы и инструменты развития, а также приведшие к тем или иным изменениям внешние условия. Интересно отметить, что описываемая трансформация Южной Кореи из страны «третьего мира» в «страну первого мира» почти полностью совпадает со временем жизни самого исследователя.

Как показал профессор Ли, каждый раз парадигма управления экономикой страны перенастраивалась в ответ на внешние вызовы: нефтяные кризисы 70-х и 80-х годов, Азиатский финансовый кризис конца 90-х. Политические меры, отвечающие на возникший не так давно глобальный финансовый кризис, по его словам, еще вызревают (см. рис. 1). 

Рис. 1. Рост ВВП на душу населения в Южной Корее

Рис. 1 

На I этапе (с 1960-х гг. — 1973 г.) курс на экономический рост Южной Кореи запустил принятый в 1962 году Первый пятилетний план экономического развития. Основной задачей правительство объявило поддержку экономики в целом и, стремясь обеспечить ее рост, всячески стимулировало поступление валютных средств — за счет выдачи экспортных займов и кредитов, введения налоговых льгот и благоприятного обменного курса. Развитие сферы НИОКР на этом этапе практически не поддерживалось.

II этап (1973—1986 гг.) начался после второго энергетического кризиса. В ответ на изменившиеся условия правительство решило поддержать шесть капиталоемких отраслей тяжелой и химической промышленности (сталелитейную, электронную, нефтехимическую, автомобиле- и судостроение, тяжелое машиностроение). Они рассматривались как наиболее перспективные с точки зрения завоевания глобального рынка и повышения ВВП страны за счет большей доли экспорта. Были приняты акты по развитию секторов, компаниям предоставлялись преференциальные займы (так, более 90% кредитов выдавалось под развитие нефтехимической отрасли), выстраивалась поддерживающая инфраструктура: открывались центры профессионального обучения, выделялась земля для строительства судов под верфи (сейчас концерну Hyundai принадлежит самая крупная судостроительная верфь в мире).Для более интенсивного подъема приоритетных отраслей и усиления взаимодействия с сектором науки в странах-лидерах закупали современное производственное оборудование (спустя какое-то время его разукомплектовывали, пытаясь понять его работу), послужившее в дальнейшем базой для создания аналогичной корейской продукции. Стали расти инвестиции в НИОКР со стороны как частного, так и госсектора. В результате мощного государственного регулирования, а не под влиянием рыночных механизмов,в поддерживаемых отраслях полностью перестроились производственные процессы. Изменилась структура экономики, доля легкой промышленности серьезно сократилась, а тяжелой и химической — резко увеличилась.

III этап (1986–1997 гг.) ознаменовался заменой вышеуказанных актов по стимулированию шести отраслей экономики новым регулятивным документом. В 1984 г. был принят Акт индустриального развития, продвигавший курс на либерализацию экономики, поддержку частного сектора и нейтральную политику по отношению ко всем секторам. Вместо стимулирования определённых отраслей промышленности и крупных игроков правительство сделало ставку на минимизацию входных барьеров для средних и малых организаций и развитие новых высокотехнологичных бизнесов. Усилились бюджетные инвестиции в исследования и разработки, в том числе в фундаментальную науку. Между вторым и третьим этапами инновационной политики чувствовалась большая разница: имитационный характер развития экономики начал трансформироваться в стратегию инновационного развития.

IV стадия началась в 2000-х гг. после Азиатского финансового кризиса конца 90-х гг. и продолжается по сей день. Правительство Кореи способствует развитию высокотехнологичных бизнесов с опорой на широкую конкуренцию, выделяя ИКТ в качестве национального приоритета. Научно-техническая и инновационная политика переориентирована с краткосрочных целей на средне- и долгосрочные перспективы. Формируется бизнес-среда, благоприятная для венчурных организаций (до девяностых годов в Корее вообще не было такого понятия, как венчурный капитал). Доля затрат на НИОКР в структуре ВВП возросла настолько, что в обществе наметился консенсус относительно того, что инвестиции в НИОКР стали слишком высоки и их необходимо сокращать.

Впечатляющий подъем южнокорейской экономики, по словам исследователя, опирался на два базисных принципа проведения инновационной политики: 1) на протяжении всех 50 лет она была последовательной, охватывала все институты страны, что обеспечило непрерывность развития экономической системы; 2) она была ко-эволюционной, быстро реагирующей и устойчивой к меняющимся внешним условиям. Другие особенности политики отражены на рис. 2.

Рис. 2. Ключевые слова, характеризующие смену парадигм политики

Рис. 2 

Резюмируя анализ тенденций в развитии южнокорейской экономики, профессор Ли подчеркнул, что на всех перечисленных этапах главный акцент делался на гарантированном поступлении средств и быстрой отдаче, что относится к мерам прежде всего промышленной политики, однако с середины девяностых годов акцент поменялся в пользу развития приоритетных технологий. Таким образом промышленная и отраслевая политика Южной Кореи эволюционировали в технологическую.

Об отношениях бизнеса и государства

На просьбу прокомментировать, как в течение рассматриваемого периода выстраивались отношения между правительством и бизнесом, профессор Ли ответил, что с шестидесятых годов до начала 2000-х государство было безусловным лидером, вело за собой бизнес, разрабатывая планы, стратегии и программы развития. Успешному государственно-частному партнерству в области инновационной политики способствовали высокое качество работы госслужащих и понятные для бизнеса принципы взаимодействия. С середины двухтысячных роль правительства, в том числе мер бюджетной поддержки, стала сокращаться, а вклад частного сектора, напротив, — расти.

Это обернулось новыми вызовами. Так, в южнокорейском обществе возникла некоторая тревога по поводу политики крупных компаний уровня Hyundai и Samsung. Национальные корпорации, ставшие при поддержке правительства глобальными игроками в высокотехнологичных секторах, сейчас во многом опираются на иностранные инвестиции, часть активов и производственную базу перенесли в соседний Китай. Корейцы же продолжают считать эти компании «своими».

Господствующая ныне неолиберальная концепция поставила Корею перед необходимостью поиска новой модели ГЧП, новых подходов и методов регулирования. Эти и другие изменения, в частности переориентацию технологий на производство короткого цикла и растущее влияние отрасли ИКТ на все сектора экономики, важно отразить в новой стратегии долгосрочного развития страны, подчеркивает профессор Ли.

О накоплении опыта с опорой на историю или географию

Рис. 3
Рис. 3
Рис. 3

При определении перспектив и формировании долгосрочных стратегий развития многие развивающиеся страны сталкиваются, по мнению исследователя, с проблемой накопления опыта.

 

Этот тезис Джон Дон Ли иллюстрирует на примере строительства моста, ведущего к международному аэропорту Инчхон (см. рис. 3), который является шестым в мире по длине. Создание моста началось с концептуального проекта, детального дизайна, собственно строительства, монтажа и закончилось вводом в эксплуатацию, напомнил стадии профессор. Корейские компании успешно справились со всеми, кроме первой: концептуальный проект сделали европейцы. За концепцией такого моста стоит огромная база знаний, большой опыт проб и ошибок, накапливаемый многими поколениями мастеров. Подобный опыт, как производная долгой истории конкретного производства, отличает развитые страны от развивающихся.

Европейских мастеров в ряде отраслей активно догоняет тот же Китай, нарабатывая собственный весомый опыт — только не во времени, а в географических масштабах (см. рис. 4).

Рис. 4
Рис. 4
Рис. 4

По части концептуального проектирования мобильных телефонов специалисты Поднебесной уже продвинулись далеко вперед. В общем, распространение новой китайской модели, в основе которой лежит креатив вместо имитаций, и в целом фактор Китая заставляют соседнюю Корею заметно тревожиться.

 

Чтобы ответить на этот новый вызов, страна должна создать общественно приемлемые инвестиционные рамки, чтобы поддерживать накопление опыта во времени, считает профессор Ли. Этот вывод он адресует и другим развивающимся экономикам.

Материал подготовили Елена Гутарук и студенты магистерской программы «Управление в сфере науки, технологий и инноваций» Павел Бахтин,  Ольга Нехайчик и Александра Зимирева