• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Дискуссия о перспективах развития научно-технологического прогнозирования в России

Участники круглого стола «Прогноз научно-технологического развития России: новые подходы», проведенного в рамках специальнойсекции «Наука и инновации» на XVI Апрельской конференции Высшей школы экономики, обсудили роль прогнозных инструментов в системе научно-технической политики, их функцию в принятии решений о структуре финансирования науки в России и эффективность в плане оперативного реагирования на возникающие вызовы.

Дискуссия о перспективах развития научно-технологического прогнозирования в России

9 апреля 2015

Участники круглого стола «Прогноз научно-технологического развития России: новые подходы», проведенного в рамках специальнойсекции «Наука и инновации» на XVI Апрельской конференции Высшей школы экономики, обсудили роль прогнозных инструментов в системе научно-технической политики, их функцию в принятии решений о структуре финансирования науки в России и эффективность в плане оперативного реагирования на возникающие вызовы.

2014-й год ознаменовался целым рядом событий в сфере научно-технологического прогнозирования. Так, впервые на уровне Правительства РФ был утвержден прогноз научно-технологического развития России до 2030 года, разработанный Высшей школой экономики по заказу Минобрнауки России. Был принят Федеральный закон «О стратегическом планировании в Российской Федерации», который заложил основу для институционализации форсайт-исследований разного уровня. Вступила в активную фазу работа по формированию национальной системы технологического прогнозирования, создание которой определил Президент РФ в одном из майских указов 2012 года. В минувшем году с участием сотен экспертов стартовала работа по актуализации приоритетных направлений развития науки и технологий и перечня критических технологий. Масштабные исследования по поиску новых технологических направлений развития запускали крупные компании с государственным участием, например, «Росатом». Несколько федеральных ведомств, в частности Минздрав России, Минпромторг России, Минэнерго России, уже приступили к созданию системы технологического прогнозирования и формированию перечня критических технологий на отраслевом уровне. Прогнозную деятельность на уровне министерств считают очень важной, так как она позволяет понять, как отрасли будут развиваться на горизонте нескольких десятилетий, подчеркнул директор департамента государственной энергетической политики Минэнерго России Алексей Кулапин. Его коллега из Минсельхоза России — директор департамента научно-технологической политики и образования Григорий Сенченяанонсировал начало работы по определению критических технологий и формированию прогноза научно-технологического развития отрасли, которую министерство совместно с отраслевыми союзами и профильными технологическими платформами предполагает завершить к 2016 году.

«Прогнозы становятся частью системы стратегического планирования. Вопрос в том, насколько эффективной она будет и насколько оперативно сможет реагировать на вызовы, которые стоят перед страной», — сказал первый проректор, директор Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ Леонид Гохберг.

На нынешнем этапе прогнозирования постановку таких вопросов обостряет, во-первых, обсуждение обозначенной Президентом РФ в послании Федеральному собранию РФ национальной технологической инициативы (НТИ), которая намечает цели по запуску ряда проектов, таргетирующих выход на радикально новые рынки в долгосрочной перспективе и формирование новых индустрий на базе технологий следующей технологической волны. Во-вторых, к обсуждению увязки разных инструментов научно-технической политики побуждает поддержка институтами развития так называемых «вытягивающих проектов» — масштабных проектов с высокой инновационной составляющей, связанных с технологической модернизацией крупных секторов экономики на основе технологий завтрашнего дня.

Задачи и методология прогноза научно-технологического развития страны с каждым новым циклом разработки все более усложняются, отметил Леонид Гохберг: «Мы постепенно уходили от узких задач сферы науки и поднимались к более масштабному широкому представлению о тенденциях социального развития и тех вызовов, которые они порождают». На следующем цикле прогноза необходимо уделять внимание более полному и точному учету социальных факторов и потребительских предпочтений, усиливать проблемно-ориентированный подход и увязку прогноза с различными новыми инструментами политики, в частности НТИ. В свете влияния кризиса следует пересматривать парадигмы социально-экономического и политического развития. «Мы сейчас активно обсуждаем новые подходы к сценарному моделированию, построению сценариев развития секторов экономики, методы учета “слабых сигналов”. Также предстоит развивать сетевые площадки и сеть отраслевых центров прогнозирования. Сегодня мы собрали всех ключевых, представляющих разные интересы стейкхолдеров, с тем чтобы сформулировать кумулятивную позицию игроков в этой сфере», — подытожил первый проректор Высшей школы экономики.

Андрей Клепач, зампред ВЭБа, один из основоположников системы стратегического планирования, назвал прогноз научно-технологического развития «задачей очень сложной и почти неподъемной для нашей системы управления». Как показывает опыт, принятый документ пока не стал в полной мере операционным инструментом для принятия решений в различных секторах экономики и ведомствах. В нынешнем виде «прогноз слишком широкий, а должен быть более обязывающим, жестким для выполнения», — отметил Андрей Клепач. По его мнению, следует переосмыслить концепцию и сам подход к определению критических технологий. Важно выделить технологии, наиболее значимые для экономики в средне- и долгосрочной перспективе, по которым у страны есть заделы, и сосредоточить на их поддержке основные ресурсы. В рамках НТИ, напомнил Андрей Клепач, предполагается рассмотреть такие направления, как: 1) новые промышленные технологии, в том числе новые материалы, аддитивные технологии; 2)  фотонику и оптоэлектронику, в том числе элементную базу, квантовые технологии; 3) медицину и нейротехнологии.

Как заметил Геннадий Шепелев, занимающийся вопросами научно-образовательной политики в Администрации Президента РФ, чтобы «правильно определиться с приоритетами, надо не только составить прогноз самых важных технологических отраслей будущего, но и понять, в каких областях нам не нужно догонять конкурентов: достаточно просто закупить оборудование за рубежом, а основной упор сделать на разработке собственных ноу-хау на долгосрочную перспективу».

Сравнение сценариев развития

За последние семь лет в стране образовалась критическая масса людей, которые научились понимать картину научно-технического ландшафта, работать с трендами, отвечать на вопросы, которые являются важным фоном  принятия решений о концентрации ресурсов на развитии тех или иных отраслей, полагает Алексей Пономарев, вице-президент Сколтеха по государственным программам и кооперации с промышленностью. Однако как бы хорошо это сообщество ни научилось отвечать на такого рода вопросы, это не гарантирует рациональных управленческих решений по концентрации ресурсов. «Доведены до совершенства существующие механизмы выбора приоритетных направлений и критических технологий, — заявил Алексей Пономарев. — Нужны новые подходы для обсуждения приоритетов на абсолютно другом языке».

Чем сильнее понимание ограниченности ресурсов, которые страна и компании могут потратить на научно-техническое развитие, тем больше разрыв между тем, что определено в прогнозах, и возникающим в условиях такого дефицита спросом на обоснованную поддержку управленческих решений. Способны ли экспертные группы, работающие на уровне отраслей или компаний, в сегодняшней ситуации сужения ресурсов предоставить инструменты аргументации принимаемых решений? Или работа экспертов остается механизмом подготовки фона для стратегических решений? — такие вопросы адресовал участникам круглого стола Алексей Пономарев. Назвав нынешнюю ситуацию удачной для перевода прогноза на следующую фазу — более скоординированной работы внутри сообщества, он предложил сформулировать как задачу и план действий на 2015 год оценку и сравнение различных сценариев развития.

Замминистра науки и образования Российской Федерации Александр Повалко в обсуждении дальнейшего развития работ по прогнозу перевел фокус с его методологии на развитие методологии внедрения его положений в промышленность. «Для меня задача на 2015 год — имплементация прогноза в практику управленческих решений, хотя бы в госпрограммы», — сказал замминистра.

Артем Шадрин, директор департамента социального развития и инноваций Минэкономразвития России, полагает важным отразить систему приоритетов научно-технологического развития в структуре образования для внедрения их на практике. Напомнив важную миссию форсайта — содействие коммуникации власти, бизнеса, образовательной сферы, он сделал акцент на создании в ходе работы по прогнозированию консорциумов и межсекторальных проектных команд.

Юрий Симачев, заместитель генерального директора Российского научного фонда (РНФ), считает, что в условиях, когда в сфере реализации инновационной политики так много акторов, у каждого из которых свои инструменты стратегического управления, «неизбежен “кривой взгляд” на систему приоритетов. Княжества, увы, неизбежны, — говорит Симачев. — Однако если эти княжества с открытыми границами, то связывать разные приоритеты более-менее получается». С другой стороны, за попыткой добиться вертикализации приоритетов важно не забывать об интересах более широких слоев населения, поскольку, напомнил представитель РНФ, крупный бизнес составляет лишь половину экономики, другая ее половина — это потребительский сектор.

Когда государство стало уделять больше внимания научно-технологическому прогнозированию, понятие критической технологии превратилось скорее в строку в бюджете, для доступа к которой заинтересованные лица нередко лоббируют собственные интересы, а не интересы государства и общества, полагает Игорь Агамирзян, генеральный директор и председатель правления РВК. «Вообще, определить возможности технологического предложения, а потом эти технологии развивать и внедрять — вредный подход. Внедряют то, что никому не нужно, а реально востребованные технологии — с радостью покупают. Нужен ментальный поворот: исторически в нашей фундаментальной науке заказ шел от постановки задач в конкретных отраслях (в первую очередь, в оборонной промышленности), но сегодня во всем мире заказ идет от потребительского сектора. Поэтому сосредоточиться надо на секторах, в которых есть реальная перспектива: они лежат на пересечении цифрового и материального мира и основаны на потребностях конечного потребителя».

Руководитель проектного офиса РВК Евгений Кузнецов отметил, что подход, когда научно-технологический прогноз ложится в основу большого «госплана», уже устарел: новые технологии сегодня разрабатывают независимые субъекты, которые не только не подчиняются планам развития, но и зачастую отказываются от государственных ресурсов, потому что для них это лишняя бюрократия и ненужная отчетность. «Адаптивный прогноз научно-технологического развития должен формироваться ежегодно, если не чаще, чтобы понимать динамику развития технологических направлений, выбирать самые активно растущие сегменты и в этих сегментах активно поддерживать всех игроков. В определении приоритетных направлений важна не точность попадания, а скорость развития, которую мы получим, поддержав ту или иную технологию, рынок или организационную модель производства. Когда была сделана ставка на геномные технологии, это казалось фантастикой. И в нашей сегодняшней ситуации надо усиливать прогностическую смелость и делать ставку на то, что кажется фантастическим».

Несмотря на разнообразие мнений по поводу механизмов определения приоритетов технологического прогнозирования в России, в экспертном сообществе сложился консенсус о том, что прогноз — та область, которую необходимо развивать и институционализировать, резюмировал первый проректор Высшей школы экономики Леонид Гохберг, завершая работу круглого стола.

 

Андрей Клепач